VISIT-SMOLENSK.RU

Туристский визит-центр «Смоленский терем»

Ваш гид по Смоленской области

Мурзакевич Николай Никифорович

Дата рождения:
21 апреля 1806
Место рождения:
Смоленск
Дата смерти:
15 октября 1883
Место смерти:
Одесса

Мурзакевич Николай Никифорович - историк и археолог, директор Ришельевского лицея.

Родился Николай Никифорович Мурзакевич в Смоленске, учился на этико-политическом отделении Московского университета. В 1830 году по приглашению университетского товарища М.М.Кирьякова навсегда переселился в Одессу. Здесь Мурзакевич сначала служил в таможенном управлении, а п отом был принят на должность "учительского помощника" в Ришельевский лицей. После защиты магистерской диссертации стал адъюнктом русской истории и статистики, а в 1840 году утвержден профессором лицея. В 1853 году он назначается исполняющим должность дире ктора лицея, оставаясь и в годы Крымской войны на этом посту. Преподавание в лицее Мурзакевич совмещал с разносторонней научной и общественной деятельностью: он член Общества сельского хозяйства Южной России, принимает участие в работе над "Новороссийским календарем" и "Одесским альманахом", активно сотрудничает в газете "Одесский вестник". 

К концу 30-х годов Мурзакевич пришел к убеждению, что для охраны и изучения древних памятников, для сбора и публикации материалов по истории края необходимо объединение и организация общественности. Идея создания в Одессе Общества истории и древностей наш ла сочувствие у попечителя учебного округа М.Д.Княжевича и была поддержана генерал-губернатором М.С.Воронцовым. 23 апреля 1839 года при торжественном открытии Одесского общества истории и древностей Мурзакевич был избран его секретарем. С этого дня и до дня смерти Мурзакевича не было у Общества более деятельного и полезного члена. 

В 1843 году Мурзакевич возглавил существовавший в Одессе с 1825 года городской музей древностей и объединенную с ним городскую библиотеку. Заведование городским музеем и музеем Общества (они были слиты после Крымской войны) сохранилось за ним до конца его жизни. 

В 1875 году почти семидесятилетний Мурзакевич возглавил Общество истории и древностей в качестве вице-президента. С этого времени он неизменно представляет археологов Одессы на научных съездах. Значительное место в деятельности Мурзакевича занимала работа по охране памятников старины. В 40-х годах он объехал места, связанные с Запорожской Сечью, привез в музей много реликвий, среди них - заказанную им копию храмовой иконы сечевой Покровской церк ви (подлинник иконы погиб во время пожара в конце ХIХ века), на которой изображены представители казачьей старшины. Сейчас икона экспонируется в Одесском историко-краеведческом музее. Его стараниями были сохранены и ныне находятся в том же музее орденские знаки (звезды Андрея Первозванного, Георгия и Владимира) и аксельбант Г.А.Потемкина. 

Много времени и сил отдавал Мурзакевич редакционно-издательской деятельности, прежде всего, выпуску "Записок Императорского Одесского общества истории и древностей", не знавших по своему объему и уровню равных среди провинциальных изданий такого рода. Ему удалось сплотить вокруг Общества и его записок широкий круг ученых и любителей отечественной истории и археологии. Ядро этого содружества составляли коллеги Мурзакевича по лицею и преподаватели открывшегося в 1865 году в Одессе Новороссийского университе та. 

В научном наследии Мурзакевича не последнее место занимакет "Одессика". В 1843--1844 годах он напечатал в "Одесском вестнике" ряд небольших по объему, но представляющих значительный интерес источников по истории города: "Любопытная история славного города Одессы, сочиненная действительным статским советником Левашевым", "О младенчестве Одессы", "Письмо А.И.Шостака, написанное в 1807 году в Петербурге". Его же перу принадлежат опубликованные в "Записках" заметки "Гаджибейский замок", "Одесский Архангело-Ми хайловский девичий училищный монастырь", а также очерк истории Одесской публичной бибилиотеки, напечатанный в приложении к "Новороссийскому календарю 1848 г". Активный гражданский темперамент и почти полное отсутствие в тогдашней Одессе квалифицированных научных сил заставляли Мурзакевича живо откликаться на все общественные запросы в области культуры и просвещения. Помимо преподавательской работы и работы в Обществе и музее он в разное время инспектирует Екатеринославскую и Таганрогскую гимназии, проверя ет учебные заведения Одессы, принимает участие в комплектовании Тифлисской библиотеки и издании "Кавказского календаря", реорганизации Феодосийского музея. 

Личность Мурзакевича ярко характеризуется "Автобиографией", опубликованной в журнале "Русская старина" в 1887 году, и воспоминаниями знавших его людей. Огромное трудолюбие, честность, требовательность к себе, беспримерный альтруизм составляли его главные черты. Дополнительные штрихи к его портрету дает найденный в его бумагах черновик так и не вступившего в силу завещания. Мурзакевич предполагал обратить свои сбережения на учреждение в Московском университете двух стипендий, на организацию в Одессе ремесленной школы и ночного приюта. Собрание картин завещалось городу и должно было лечь в основу Одесской картинной галереи. Небольшая доля денег и имущества предназначалась племянникам и "служителю" К.Егорову, отставному севастопольскому солдату. 

Начилие довольно значительных средств (около 20 тысяч рублей) в деньгах и имуществе явилось результатом его скромного образа жизни. В докладе вице-президента Общества В.Н.Юргевича очерновом проекте завещения Мурзакевича, читанном на заседании Общества, говорится: " ...мебель в течение моего 30-летнего знакомства с ним ни разу не была обновлена и представлялась весьма антично. В сидении обитого кожей дивана, на котором он обычно отдыхал и умер, стоявшего в его кабинете, гость, приглашенный сесть, чувствовал весьма неудобные ямы. Для отдыха переносилась на диван со стоявшей в соседней комнате простой кровати единственная небольшая подушка. Одежда не свидетельствовала о его притязании на щегольство. Ваточное пальто защищало его достаточно от мороза и только когда предстояла ему зимою поездка на север, он брал иногда у знакомых шубу. Реестр его белья был весьма коротенький. Навестив его в 1880 году, после сделанной ему на ноге операции, я узнал, что у него имеются только две простыни, из коих одна половинная, так как другую ее половину, по словам его, обрезали на куски служители..."